Статьи Михаила Трепашкина

08.04.2016 7 апреля - День памяти погибших подводников

7  апреля  -  День  памяти  погибших  подводников

         7 апреля 1989 года в пучине Норвежского моря разыгралась трагедия. На борту атомной подводной лодки К-278 «Комсомолец», возвращавшейся к родным берегам с боевого дежурства в мировом океане, возник пожар. В результате драматичной и поистине героической борьбы с огнём, из 69 человек экипажа подлодки погибли 42 моряка.

          Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР, члены экипажа подводной лодки «Комсомолец» награждены орденом Красного Знамени. А Приказом Главнокомандующего ВМФ России от 19 декабря 1995 года дата 7 апреля была объявлена Днём памяти погибших подводников.

        8 ноября 2008 года во время заводских ходовых испытаний в Японском море произошла авария на атомной подводной лодке (АПЛ) "Нерпа", построенной на Амурском судостроительном заводе в Комсомольске‑на‑Амуре и еще не принятой в состав ВМФ России. В результате несанкционированного срабатывания системы пожаротушения ЛОХ (лодочная объемная химическая) в отсеки лодки стал поступать газ фреон. Погибли 20 человек, еще 21 человек был госпитализирован с отравлением. Всего на борту АПЛ было 208 человек.

 

         30 августа 2003 года в Баренцевом море при буксировке на утилизацию затонула АПЛ К‑159. На борту лодки в качестве команды сопровождения находились 10 членов экипажа. Погибли 9 человек.

 

         12 августа 2000 года в ходе проведения военно‑морских учений Северного флота в Баренцевом море потерпела катастрофу российская атомная подводная лодка "Курск". Субмарина была обнаружена 13 августа на глубине 108 метров. Весь экипаж в составе 118 человек погиб.

 

         7 апреля 1989 года в Норвежском море в результате пожара в хвостовых отсеках на глубине 1700 метров затонула АПЛ К‑278 "Комсомолец", получив сильные разрушения прочного корпуса. Погибли 42 человека. На борту находились два штатно заглушенных ядерных реактора и два ядерных боеприпаса.

 

      6 октября 1986 года в районе Бермудских островов в Атлантическом океане на глубине 4000 метров в результате взрыва ракеты в шахте затонула АПЛ К‑219. Оба ядерных реактора были заглушены штатными поглотителями. На борту находились 15 баллистических ракет с ядерными боеголовками и два ядерных боеприпаса. Погибли 4 человека. Остальные члены экипажа были эвакуированы на подошедшее с Кубы спасательное судно "Агатан".

 

        24 июня 1983 года у полуострова Камчатка затонула АПЛ К‑429 из состава Тихоокеанского флота. Катастрофа произошла вследствие поступления воды в четвертый отсек через шахту судовой вентиляции, которую по ошибке оставили незакрытой при погружении лодки. Часть членов экипажа удалось спасти, но 16 человек погибли.

     Об этой  аварии  чуть  подробнее:

 

     ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

           Весной 1983 года атомная подводная лодка “К-429” пришла с боевой службы. Экипаж разъехался по домам, АПЛ отправили на межпоходовый ремонт. Из ремонта крейсер должен был принимать экипаж капитана 1-го ранга Николая Суворова, чтобы затем осенью выйти на нем в море для проведения учебных торпедных стрельб и отработки мероприятий по противодействию торпедной атаке противника.

       Но в последний момент все переиграли. Командование решило провести учения не осенью, а летом.

       24 июня 1983 г. лодка должна была выйти из базы для выполнения упражнений. Учениям должна была предшествовать дифферентовка. Эта операция осуществляется перед каждым походом и состоит в выравнивании удельного веса лодки и удельного веса морской воды. Первый зависит от загрузки корабля, второй — от солености и температуры моря.

      Не учли только одного – лодка все еще находилась в режиме приема-передачи от одного экипажа другому. По стечению обстоятельств многие подводники о выходе в море просто не знали. Поэтому экипаж пришлось собирать с разных лодок. Крики адмиралов, угрозы отобрать партбилет оказали свое действие – 23 июня на “К-429” согнали подводников с пяти разных лодок. Как потом выяснилось, экипаж удалось укомплектовать только за три часа до выхода в море.

     Это было нарушением всех инструкций. По всем наставлениям при замене 30 процентов экипажа лодка считается небоеготовой. Это и понятно, ведь на глубине подчас все зависит от слаженности экипажа, от чувства локтя, от коллективных действий.

       Но адмиралов это не смутило. Любой ценой, во что бы то ни стало… Так было всегда. В июне 1983 года цена оказалась слишком высока.

       В тот день против выхода в море абсолютно неготовой лодки протестовал только один человек – начальник штаба дивизии капитан 1-го ранга Алексей Гусев. Протестовал с риском для карьеры. Но его рапорт, как потом выяснилось, попросту положили под сукно. Протестовал и капитан 1-го ранга Николай Суворов. Но обсуждать приказы в армии не принято. Уставы гласят, что приказы, какими бы безумными они ни были, выполняют. Так “К-429” вышла в море.

 

      ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ ПЛАВУЧЕСТЬ

       Еще до начала работ лодка имела отрицательную плавучесть до 60 тонн, другими словами, она была значительно тяжелее, чем думали. Но об этом никто из моряков не знал. Так нередко случается, когда лодка обслуживается двумя экипажами: каждый рассчитывает на другого.

      24 июня 1983 года лодка вышла из бухты Крашенинникова. В бухте Саранной, где глубины около 50 метров, было решено произвести дифферентовку.

Это значит, что после завода лодка должна была самой себе и штабу дивизии показать, что она еще способна погружаться и всплывать. А дальше произошло то, что, собственно говоря, и должно произойти.

       Команда к погружению в отсеках не была выполнена, не были закрыты вентиляционные захлопки, незаблокированной оказалась система корабельной вентиляции. При заполнении средней группы балластных цистерн лодка быстро погрузилась и легла на глубину около 35 метров. В прочный корпус в 4-м отсеке хлынула вода. А глубинометры центрального поста показывали нулевую отметку, как будто лодка и не погружалась. Глубинометры были отключены.

      Из отсеков пошли доклады о поступлении воды через систему вентиляции… Назревала катастрофа.

        По сути, лодку спас экипаж 4-го реакторного отсека. Вместо того чтобы в панике бежать из затопляемой коробки, они продолжали борьбу за живучесть. Мичман Володя Лещук лишь на секунду заскочил в 3-й отсек, чтобы сообщить о поступлении воды, и сразу же бросился обратно. На верную смерть.

      Трагедия могла быть еще страшнее, если бы не грамотные действия капитан-лейтенанта Разборского, который первым сориентировался в обстановке и задраил переборочную дверь, чем спас личный состав 3-го отсека. Субмарина, приняв в свое нутро 420 кубов ледяной воды, легла на дно. Только после этого на лодке сыграли аварийную тревогу.

 

     ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР

       В этой ситуации командиром лодки было принято решение о всплытии. Суворов отдал команду продуть главные балластные цистерны. По этой команде в заполненные водой балластные цистерны подают под высоким давлением сжатый воздух, закрыв предварительно клапаны вентиляции. Воздух должен был вытеснить воду, а лодка всплыть. Но и здесь пресловутый человеческий фактор сыграл свою недобрую роль. Плохо знакомый с приборами оператор на пульте дистанционного управления вместо того, чтобы закрыть клапаны вентиляции, закрыл кингстоны. Вместо того чтобы вытеснять воду, воздух уходил прямиком наружу.

       А корпус постепенно заполнялся водой.

       Вскоре вышло из строя все электрооборудование, оказался обесточен и частично затоплен центральный командный пункт. Клапаны вентиляции удалось закрыть вручную только ночью следующего дня.

      Выпустить аварийный буй, подающий акустические и радиосигналы с сообщением о бедствии, не удалось. Во избежание отрыва буй был намертво приварен к корпусу лодки.

      Как потом выяснилось, подобная практика была широко распространена. Буи имели обыкновение в экстремальных условиях – а у подводников таковых бывает предостаточно – самостоятельно всплывать и несанкционированно подавать сигналы бедствия. Хорошо, если такое происходило на учениях. А во время боевой службы, когда лодка бороздит просторы Мирового океана, стараясь не быть обнаруженной противником, подобное нарушение режима скрытности каралось жестоко. Поэтому на большинстве субмарин подобные буи попросту приваривали. От греха подальше.

       Позже оказалось, что точно так же приваренной к корпусу была и всплывающая камера, предназначенная для экстренной эвакуации экипажа. Огрехи, которые у пирса казались командованию незначительными, в море оказались смертельными.

      К этому моменту вся команда 4-го отсека (14 моряков-подводников) была уже мертва.

 

      РЕШЕНИЕ ГУСЕВА

        Ситуация на лодке складывалась катастрофически. В некоторых отсеках повысилось давление, температура достигла 50 градусов. Не хватало воздуха. Не было фонарей, в аварийных бачках не оказалось пищи. Не хватало аварийных дыхательных аппаратов. В этой ситуации командование лодкой на себя, осознавая весь груз ответственности, принял Алексей Гусев. Положение осложнялось еще и тем, что о случившемся на “К-429” не знали ни в штабе флотилии, ни командование флотом. На берегу были уверены, что субмарина выполняет боевые упражнения.

       Когда стало ясно, что помощи ждать неоткуда, капитан 1-го ранга Гусев принял волевое решение – через торпедные аппараты 1-го отсека отправить на поверхность двух подводников.

      На всплытие в неизвестность вызвались идти два мичмана — Михаил Лестник и Николай Мерзликин. Героями в классическом понимании чиновников из политуправления Лестник и Мерзликин никогда не были. Говорят даже, что оба были постоянными нарушителями дисциплины, за что не раз отправлялись на “губу”.

      Был выпущен специальный буй-реп, на котором через каждый метр были навязаны узлы-муссинги. По этому тросу, соблюдая режим декомпрессии, мичманы Николай Мерзликин и Михаил Лестник с герметично упакованными записками о состоянии личного состава и материальной части лодки ночью вышли на поверхность.

       На поверхности вблизи места их всплытия не наблюдалось ни одного корабля. И тогда подводники поплыли к берегу. Совершенно случайно их подобрал пограничный корабль. Так на берегу узнали о терпящей бедствие “К-429”.

 

     МИЧМАН БАЕВ

        Помощь пришла. Но толку от спасателей не было никакого. Водолазные колокола так и не смогли пристыковаться к аварийным люкам. Подтвердилась расхожая истина, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Подводникам пришлось самим покидать лодку. Те, кому достались дыхательные аппараты, выходили по всем правилам – по буй-репу. Остальные пошли на свободное всплытие. К сожалению, выжить удалось не всем. В результате всплытия погибли еще два человека.

       Но главным героем был мичман Василий Баев. Он спас 22 человека. Всем выйти помог, кто рядом оказался, в чувство привел, аппараты надел и включил и наверх силой вытолкнул. Свой аппарат отдал кому-то. Спасенных вывозили на берег, и только Василий Баев раз за разом уходил под воду — доставать тех, кто оставался в лодке.

      Сам он вышел последним. Именно благодаря ему впоследствии лодку удалось поднять. На затопленной корме он смог в одиночку задраить выходной люк и прекратить поступление воды.

      Прежде чем шлюзоваться самому, предстояло устранить неисправность в нижней крышке аварийно-спасательного люка. Баев снял исправную защелку с переборочной двери между 6-м и 7-м отсеками и поставил ее на нижнюю крышку АСЛ, затем из нескольких неисправных ИДА-59 собрал один пригодный аппарат. Кислородный баллон оказался почти пустым, но в баллоне с гелево-кислородной смесью давление было повыше. Все это Баев определял на слух почти в полной темноте. О готовности к выходу мичман доложил в 1-й отсек 26 июня в 19 часов 3 минуты, вышел же на поверхность лишь в половине второго ночи 27-го. Выход у него занял пять с половиной часов.

      Позже Баев так вспоминал об этом: "После того как я закрыл на защелку нижний люк, раскачав его ногой, и задраил кремальеру люка, начал заполнять шахту АСЛ водой с одновременным поднятием давления. Шахта почти полностью заполнилась водой, но давление в шахте было всего 2 кгс/см2 и больше не поднималось. Я с ужасом понял: шахта дырявая. Прекратил подачу воды. Вода спала до уровня клапана вентиляции. Затем я на некоторое время потерял сознание, видимо, от испуга, так как понял, что замурован. Очнувшись, вставил ключ в замок отдраивания кремальеры нижнего люка, но отдать кремальеру не смог, так как воды в шахте было около трех тонн".

      После неудавшейся попытки отдраить кремальеру Баев начал выжимать воду через трубопровод вентиляции шахты, погружаясь периодически под воду с головой: понимал, что будет находиться точно в мышеловке до той поры, пока не сумеет открыть нижнюю крышку. Без этого — погибнет. Дышать было уже нечем. Собрав последние силы, Василий Петрович снова погрузился, рывком, да таким, как потом выяснилось, что даже согнулся стальной шток, открыл кремальеру и… потерял сознание. Вместе с водой его выкинуло из АСЛ в отсек, но поскольку он был сгруппирован и находился под водой, ему повезло. Иначе крышкой люка, которая захлопнулась под действием пружины, могло отрубить руку, ногу или даже голову.

         Когда пришел в сознание, начал освобождаться от снаряжения. Гидрокомбинезон был разорван, баллоны аппарата — совершенно пусты. Снова нужда заставила заниматься ремонтным делом — устранять неисправность в шахте и делать ее герметичной. Перебрал кучу аппаратов, но пригодных для дыхания ИДА-59 не оказалось. Самообладания не потерял, решил выходить за счет воздуха в собственных легких, который он будет выдыхать в аппарат по мере повышения давления в АСЛ, а также используя свойство наполнителя: если его раздышать, то он выделяет кислород в зависимости от количества поглощенной влаги и углекислого газа.

        Обдумывая все это, услышал из гидрофона тревожный запрос: "Баев, почему не выходишь из лодки?.. Через сколько минут будешь выходить? Ответь нам стуком. Одна минута — один удар…". Кувалдой отстучал 60 ударов. Это означало, что на поверхности воды он появится в лучшем случае только через час.

Для второй попытки покинуть лодку Василию Петровичу необходимо было отремонтировать клапан вентиляции и с помощью тисков выровнять стальной шток на крышке люка.

        Устранив все неисправности, мичман облачился в другой гидрокомбинезон и снова вошел в шахту аварийно-спасательного люка. Опять ногой раскачал крышку и наглухо закрыл нижнее отверстие шахты, затем начал заполнять шахту забортной водой.

      По мере повышения давления в АСЛ делал вдох из воздушной подушки шахты и выдыхал в аппарат ИДА-59. Воздух, проходя через наполнитель в регенеративном патроне, обогащался кислородом. Когда вода дошла до подбородка, Баев переключился на дыхание в аппарат и стал ждать. "Я понимал, что если крышка аппарата не откроется и на этот раз, я погибну, — вспоминал он впоследствии. — От волнения снова чуть не потерял сознание, когда вдруг верхняя крышка АСЛ открылась". Мичман вышел из шахты и надежно закрыл крышку люка.

       Увидеть живым его уже не ожидали. Невдалеке светились иллюминаторы спасательного судна. Плыть Василий Петрович не мог, впал в забытье. "Всплыл! — услышал вдруг откуда-то сверху радостный крик. И тут же тревожный голос уточнил: "Не шевелится, наверное, мертвый".

      Тогда Баев поднял руку. "Живой!" — выдохнули ликующе спасатели.

       Вскоре после аварии Василий Петрович Баев, получив звание старшего мичмана, был назначен на должность главного боцмана. Теперь он вошел в число тех специалистов, которым доверено самое главное: погружение и всплытие атомохода. Удостоился он и ордена Красной Звезды. Правда, в представлении на награду не говорилось о том, что мичман не только сам вышел из затонувшей АПЛ, не затопив отсеки, но и сумел спасти 22 человека. Акцент делался лишь на то, что на следующий же день после своего спасения В.П. Баев снова оказался на аварийной подлодке. Спустился он туда в акваланге АВМ-5 вместе с водолазами, чтобы показать им шпигаты, через которые можно было осушить носовые отсеки.

Чтобы лучше оценить роль мичмана Баева в спасении подводников 7-го отсека АПЛ К-429, следует вспомнить, что 21 октября 1981 года, когда в Уссурийском заливе затонула дизельная подводная лодка "С-178" на глубине 31 м, 4 подводника, также находившиеся в 7-м отсеке, не смогли открыть спасательный люк. Они, одетые в снаряжение ИСП-60, погибли, после того как израсходовали дыхательную смесь в баллонах аппарата ИДА-59. Видимо, среди них не было моряка, имеющего знания, опыт и самообладание В.П. Баева.

       За свой подвиг Василий Баев получил орден Красной Звезды.

        Рассказывают, после трагедии адмиралы засыпали Василия обещаниями. Обещали квартиру, “Волгу”… Но все это как-то в суете забылось. Да и как адмиралу все упомнить? Тем более когда речь идет о каком-то мичмане, каких на флоте тысячи….

        Впрочем, “безлошадным” мичман Баев не остался. Когда стало ясно, что адмиральские обещания лишь пустой звук, на машину – “ВАЗ-2104” – для Василия скинулись офицеры и мичманы… А весной этого года Василий Баев умер. Грипп. Не выдержало сердце…

     Спустя почти год “К-429” подняли на поверхность.

     13 сентября 1985 года лодка вновь затонула у пирса в бухте Крашенинникова.

 

       21 октября 1981 года в Японском море затонула дизельная подводная лодка С‑178 в результате столкновения в акватории Владивостока с транспортным «Рефрижератор-13». Получив пробоину, подлодка приняла около 130 тонн воды, потеряла плавучесть и ушла под воду, затонув на глубине 31 метр. В результате катастрофы погибли 32 моряка‑подводника.

        24 октября приступили к подъёму лодки. Вначале её подняли надпалубными понтонами на глубину 15 метров, перевели в закрытую от ветров бухту Патрокл и положили на 18-метровой глубине на грунт. Там через люки и пробоину в 6 отсеке водолазы извлекли из корпуса тела погибших. только после этого лодку 15 ноября подняли на поверхность. 17 ноября лодку поставили в сухой док, после чего признали нецелесообразным её восстанавливать.

      Командира лодки капитана 3 ранга В. Маранго и старшего помощника капитана «Рефрижератора –13» В. Курдюкова осудили на 10 лет.

 

         13 июня 1973 года в заливе Петра Великого (Японское море) произошло столкновение АПЛ К‑56 с научно‑исследовательским судном "Академик Берг". Лодка ночью шла в надводном положении на базу после выполнения учебных стрельб. На стыке первого и второго отсеков образовалась четырехметровая пробоина, в которую стала поступать вода. 
Подводную лодку от гибели спас ценой своей жизни личный состав второго аварийного отсека, которые задраили переборку между отсеками.

         Чтобы предотвратить окончательное затопление К‑56, командир лодки принял решение о посадке субмарины на береговую отмель в районе мыса Гранитного. Погибли 27 человек.

 

         24 февраля 1972 года при возвращении на базу с боевого патрулирования в Северной Атлантике на АПЛ К‑19 произошел пожар в девятом отсеке. Позже огонь перекинулся в восьмой отсек. В спасательной операции приняли участие более 30 кораблей и судов ВМФ. В условиях сильного шторма удалось эвакуировать большую часть экипажа К‑19, подать на лодку электричество и отбуксировать ее на базу. Погибли 28 моряков, спаслись 76 человек.

 

       12 апреля 1970 года в Бискайском заливе Атлантического океана погибла АПЛ К‑8 в результате сильного пожара, приведшего к потере запаса плавучести и продольной остойчивости.

       Пожар начался 8 апреля почти одновременно в двух отсеках, когда лодка находилась на глубине 120 метров. К‑8 всплыла на поверхность, экипаж мужественно боролся за живучесть лодки. 
В ночь с 10 на 11 апреля в район аварии прибыли три судна Морского флота СССР, но из‑за разыгравшегося шторма взять подводную лодку на буксир не удалось. 
         Часть личного состава подлодки была переправлена на судно "Касимов", а на борту К‑8 остались 22 человека во главе с командиром для продолжения борьбы за живучесть корабля. Но 12 апреля подводная лодка затонула на глубине более 4000 метров. Погибли 52 члена экипажа.

 

          24 мая 1968 года произошла радиационная авария на АПЛ К‑27, имевшей два реактора на жидкометаллическом теплоносителе. В результате нарушения теплоотвода от активной зоны произошли перегрев и разрушение тепловыделяющих элементов в одном из реакторов субмарины. Все механизмы лодки были выведены из действия и законсервированы.

         Во время аварии пострадал весь экипаж, девять человек получили смертельные дозы радиоактивного облучения.

 

      8 марта 1968 года погибла дизель‑электрическая ракетная подводная лодка К‑129 из состава Тихоокеанского флота. ПЛ несла боевую службу в районе Гавайских островов, а с 8 марта перестала выходить на связь. Затонула приблизительно 7—8 марта 1968 года в северной части Тихого океана, в 750 милях от острова Оаху (в точке с координатами 40°06′ с. ш. 179°57′ з. д. (G) (O)), на глубине порядка 5600 м. Погиб весь экипаж в составе 98 человек. Причина катастрофы неизвестна.

      В течение 30 лет информация была засекречена, было четыре версии:

— затопление лодки через шахту РДП при зарядке батарей по причине технической неисправности клапана и провала на запредельную глубину (официальная версия ВМФ СССР);
— взрыв водорода при зарядке аккумуляторных батарей из-за неисправности систем вентиляции, вызвавший разрушение прочного корпуса;
— столкновение с американской подводной лодкой (неофициальная версия, которой придерживаются некоторые специалисты ВМФ СССР того времени). Предполагается, что столкновение могло произойти по вине американцев, которые "слышали" лодку, но подошли к ней слишком близко, не учли, что она будет совершать маневр;

— столкновение с надводным судном;

   американская версия представленная несколько лет назад заключается в том, что причиной катастрофы стало срабатывание двигателей ракет Р-21. Есть посекундный хронометраж зафиксированный акустическим наблюдением — в течение шести минут последовательно в шахтах срабатывают две ракеты (при закрытых крышках)

       Американские представители совместной российско-американской комиссии по делам военнопленных и пропавших без вести передали в музей видеоматериалы и документы, ранее носившие гриф "секретно". В числе материалов — видеозапись захоронения членов экипажа, а также документы экспедиции исследовательского судна "Гломар Эксплорер", в ходе которой часть корпуса лодки была поднята на поверхность.

       Дизельная подводная лодка К-129 была обнаружена неподалеку от Гавайских островов и поднята на поверхность в ходе секретной экспедиции, организованной ЦРУ.

       В ходе подъема лодка разломилась надвое, однако американцам удалось спасти часть отсеков, в том числе ракетный. В извлеченных с океанского дна отсеках были найдены тела шестерых подводников, которые были погребены в океане.

 

      8 сентября 1967 года при возвращении с боевой службы на 56-е сутки похода северо-восточнее Фарерских островов в точке с координатами 64˚ с.ш., 04˚ з.д. на глубине 49 метров в 01.52 в 1-м отсеке возник пожар. При переходе личного состава во 2-й отсек пожар перекинулся и туда. При попытке разведки обстановки во 2-м отсеке волна угарного газа ворвалась в центральный пост. Все 14 человек, находившиеся в тот момент в 3-м отсеке потеряли сознание.

       На помощь «К-3» были направлены буксир «МБ-52», спасатель «Бештау», большой противолодочный корабль «Стройный» и крейсер «Железняков». Первым к аварийной подводной лодке подошел разведывательный корабль «Вертикал», наведенный на потерявшую связь пл самолетами Ту-16 и сопровождал ее до тервод СССР. В результате аварии погибло 38 человек из состава экипажа и прикомандированный на поход флагманский химик дивизии кап. л-т Смирнов В.Н. Подлодка сохранила ход и самостоятельно вернулась в пункт базирования. Пожар был локализован и потушен способом герметизации аварийных отсеков, спаслись 65 человек.

 

         14 января 1962 года на военно‑морской базе Северного флота в городе Полярный взорвалась дизельная подводная лодка Б‑37 из состава Северного флота. В результате взрыва подлодки погибли все, кто находился на пирсе, на подводной лодке и на торпедно‑технической базе ‑ 122 человека. Серьезные повреждения получила стоявшая рядом подводная лодка С‑350.

       Комиссию по расследованию взрыва подводной лодки пришла к выводу, что причиной трагедии стало повреждение одной из торпед при погрузке боеприпасов. После этого рядом с ней начали проводить сварочные работы, из-за которых торпеда загорелась и взорвалась. От детонации взорвались остальные боевые торпеды.

 

           27 января 1961 года в Баренцевом море затонула дизельная подводная лодка С‑80. Она не вернулась на базу с полигона. Поисковая операция результатов не дала. Только спустя семь лет С‑80 была найдена. Причиной аварии стало поступление воды через клапан РДП (выдвижного устройства подводной лодки для подачи при перископном положении ПЛ атмосферного воздуха в ее дизельный отсек и удаления выхлопных газов дизелей). Погиб весь экипаж ‑ 68 человек.

 

        4 июля 1961 года во время океанских учений "Полярный круг" на борту АПЛ К‑19 вышел из строя один из двух реакторов главной энергетической установки. Лопнула труба в системе охлаждения одного из реакторов, из‑за чего произошла утечка радиации.

       В течение полутора часов подводники ремонтировали аварийную систему охлаждения реактора без защитных костюмов, голыми руками, в армейских противогазах. Членам команды удалось починить вышедший из строя атомный реактор, корабль остался на плаву, и его отбуксировали на базу.

      От полученных доз радиации восемь членов экипажа скончались через несколько дней.

 

     26 сентября 1957 года в Таллинском заливе Балтийского моря в результате взрыва дизеля погибла дизельная подводная лодка М‑256 из состава Балтийского флота. Из 42 членов экипажа М‑256 в живых остались лишь 7 человек.

 

     21 ноября 1956 года в Суурупском проливе Балтийского моря в результате столкновения с эскадренным миноносцем "Статный" затонула дизельная подводная лодка М‑200 "Месть" из состава 157‑й отдельной бригады подводных лодок Балтийского флота. Из воды сразу были спасены шесть человек. В результате аварии погибло 28 моряков.

 

      15 декабря 1952 года в Японском море погибла дизель‑электрическая подводная лодка С‑117 из состава Тихоокеанского флота. Лодка должна была принять участие в учениях. На пути к району маневров ее командир доложил о том, что из‑за поломки правого дизеля субмарина идет в назначенную точку на одном двигателе. Через несколько часов он сообщил об устранении неисправности. Больше лодка на связь не выходила. Точная причина и место гибели подводного корабля неизвестны. На борту лодки находились 52 члена экипажа, в том числе 12 офицеров.

 

http://nnm.me/blogs/aleeks1/den-pamyati-pogibshih-podvodnikov/

 

http://www.nachfin.info/SMF/index.php?topic=12684.0

 

М.И.Трепашкин